22.10.2016

Расширенная версия интервью Георгия Гречко

Георгий Гречко: «Если тебе дают линованную бумагу, пиши поперек».

Летчик-космонавт, дважды Герой Советского Союза об участии в межпланетных сообщениях, о разгаданных загадках, о жизненных принципах, о главном слове в своей жизни и о том, почему не мечтал быть космонавтом.

«В жизни так и бывает: когда мы ищем что-то значительное, трудное, или даже очень трудное, то находим себя. Наверное, это самая большая награда», — Георгий Михайлович поделился впечатлениями о фильме «Грумант. Остров коммунизма» (режиссер Иван Твердовский). 

Запись интервью состоялась в рамках подготовки цикла передач — совместного проекта кинофестиваля «Свой путь» и телеканала Совета Федерации «Вместе-РФ».

«Если чего-то в жизни стою, значит, правильные книжки в детстве читал.» Стоявший у истоков ракетостроения дважды герой Советского Союза космонавт Георгий Гречко о том, как мечтал стать снайпером, танкистом, летчиком, и не мечтал быть космонавтом. 

«Жил в общежитии. После рождения сына, из общежития выгнали, мы снимали комнату в деревне. Но я шел к своей цели — ракетостроение. В 1950-х годах мы создали знаменитую уникальную ракету «семерку» (Р-7), которой нет смены — она до сих пор возит космонавтов всех стран.

Все, о чем мечтал, я всегда выполнял. Космонавтом быть не мечтал.

Когда Королев сказал, что нужен отряд «космонавтов-инженеров», предложил нам пройти комиссию. Моя привычка — всегда принимать вызов. Решил попробовать. Неожиданно для себя прошел. Я ведь думал, что космонавты — супермены, железные люди. А у меня то рука болит, то нога… Познакомившись с космонавтами, узнал, что они тоже не супермены. А потом понял: это и хорошо, что болит то одно, то другое. Потому что, если болит одно и то же, ты больной. Если разное болит, ты здоровый. А если ничего не болит, значит, ты уже умер.»

 

«Мы, космонавты, немножко ненормальные».

«Если тебе дают линованную бумагу, пиши поперек.»

«Один из принципов моей жизни: достойно участвовать в достойном деле. Необязательно быть первым.»

«Мы, космонавты, немножко ненормальные. Меня все время тянуло что-то искать, преодолевать. На земле мне для моего преодоления места не хватило, я пошел в космос…»

«Что звало меня во все эти приключения? Не знаю… Характер, гены, книжки, наверное».

«Во всех сложных ситуациях, в смертельной опасности я искал для себя опору. Страх — парализующая вещь, которая не позволяет думать, двигаться. Кто-то в таких случаях матерится. А я говорил себе: «Ты — ленинградец, поэтому ты не должен дать слабину. Не терять достоинство в любой ситуации. Ты — Гречко (не важно — Иванов, Петров) — у тебя есть фамилия, отец, мать, дед… Ты должен поддержать семейное реноме, не дрогнуть в тяжелой ситуации».

А еще считал, что я — коммунист, значит, не должен опозорить звание коммуниста. Я был рядовым коммунистом, не стыжусь этого. Единственным «преимуществом» для нас рядовых коммунистов было то, что мы должны делать лучше других, больше других.

Все эти нравственные опоры позволили мне идти в космос и рисковать жизнью, а в ситуациях смертельной опасности – сохранять достоинство, самообладание.»

 

«У меня в жизни есть несколько принципов, которые то ли помогают мне жить, то ли мешают.»

«В работе космонавта ты никогда не знаешь, на что ты напрашиваешься и от чего отказываешься. Были такие полеты: человек вроде полетел в космос, а попал на тот свет… Поэтому у меня принцип, как в «Капитанской дочке»: не напрашиваться, не отказываться. Этот принцип провел меня через трудную жизнь. Но живым я остался. Жизнь была сложной, цельной, насыщенной, небогатой…. Нет, богатой — только не деньгами, а впечатлениями: космос, разные страны, пирамиды, хенджи, звезды…»

«Еще я за собой подметил такую черту: иногда лезу не в свое дело. Я, наверное, типичный русский человек (хотя папа у меня — украинец, а мама — белоруска). Типичный. Потому что для меня самое главное слово в жизни — справедливость.»

«Дальше еще один принцип – дай мне, Бог, силы вмешаться, если могу что-то сделать, не вмешиваться, если не могу ничего сделать, и дай мне, Бог, разум, чтобы отличить одну ситуацию от другой. Видимо, разума, мне не всегда хватает, вот я часто и лезу, куда не надо, если за справедливость.»

«Еще в библейские времена справедливость имела особое значение. В генах русского человека это особенно укрепилось: не так важны — деньги, богатство, личный самолет, недвижимость за рубежом…. А справедливость — важна!

В нашем законодательстве юридического термина «справедливость» нет. А раньше, оказывается, был: приговор выносить по закону и по справедливости. Это слово потом вычеркнули… А как же тогда судить?!»

«В гороскопы, естественно, не верю, потому что я – немножко астроном, а с астрологией у нас отношения плохие. Но недавно случайно прочитал интересную вещь: тот, кто родился 25 мая, вечно лезет не в свое дело. Так что у меня сейчас есть оправдание!..»

«Фома Неверующий — мой любимый апостол, потому что он на слово не верил, ему надо было самому убедиться.»

 

«Мне больно, когда наши футболисты занимают 38-е место в рейтинге».

Летчик-космонавт, дважды Герой Советского Союза Георгий Михайлович Гречко о том, как выглядит Россия из космоса, о Камчатке, о Ленинграде и о том, что такое Родина.

 

Георгий Гречко о фильме «Грумант. Остров коммунизма» (режиссер Иван Твердовский):

«Что созвучно моей душе: люди живут там, где полгода нет солнца, нет музеев, театров, знаменитостей. Но людей туда не посылают как в тюрьму, они едут сами. Значит, несмотря на трудности физические, человек, видимо, там морально очищается. Женщина-украинка в фильме подтвердила мою мысль: жизнь в простых, суровых условиях — настоящая жизнь.»

«Мне интересны загадки. Меня не очень волнует какой автомобиль лучше другого, или какие часы «более золотые». Но мне всегда было интересно идти туда, где загадки — физически идти, мысленно или в своих исканиях. Меня волнуют загадки тунгусского метеорита, мегалиты, пирамиды, Стоунхендж. Что-то я даже разгадал.»

«По телевизору я смотрю только документальные фильмы.»

«В жизни так и бывает, как у героев «Груманта»: когда мы ищем что-то значительное, трудное, или даже очень трудное, то находим себя. Наверное, это самая большая награда.»